«Я не доживу: работа нервная»

  • 12:00
  • 86
«Я не доживу: работа нервная»

Уже в июне, по всей видимости, российское правительство обнародует свои планы по увеличению в стране пенсионного возраста. То, что давно и активно, особенно в последнее десятилетие, дискутировалось, обретет зримые формы. Готово ли к этому общество?

Выглядеть на все двести

«Может быть, есть резервы и ресурсы в организме человека, чтобы жить, может быть, и до 150, и до 200 лет, пока мы этого не знаем, но, наверное, это может быть».

Вот так, с тройной условностью, но не исключая вероятности, министр труда и соцзащиты Максим Топилин поздравил коллег с Днем социального работника на торжественном вечере в Кремле. И добавил, что Россию в ближайшем будущем ждут большие перемены.

Эта фраза, которую процитировали СМИ, может быть, вырвана из контекста, но очень уж четко отражает нынешний ажиотаж вокруг тех самых труда и соцзащиты.

О долгожительстве: в своем новом майском указе президент Владимир Путин действительно поставил задачу к 2030 году увеличить ожидаемую продолжительность жизни россиян. Но пока до 80 лет, что, впрочем, уже было бы неплохо.

О больших переменах: и тут министр не слукавил. Особенно если учитывать, что именно Топилин будет в числе прочих высших чиновников отвечать за выполнение пенсионной реформы, которая уже не за горами.

Интрига сохраняется

Наиболее важным пунктом готовящейся реформы станет, конечно же, планируемое повышение в России возраста выхода на пенсию.

Новое правительство Дмитрия Медведева планирует представить соответствующий законопроект Госдуме еще в текущую сессию, которая заканчивается уже через месяц. Более того, по некоторым данным, изменения могут вступить в силу уже в 2019 году.

Пока готовых решений касательно новых порогов выхода на пенсию не озвучивалось, есть лишь предложения. Ведомство Максима Топилина, например, предлагает повышение с нынешних 60 лет для мужчин и 55 лет для женщин до 65 лет и 60 лет соответственно.

На этих же цифрах настаивает и Центр стратегических разработок Алексея Кудрина.

Дальше всех идет Минфин, предлагая особое внимание уделить слабому полу: 65 лет для мужчин и 63 года для женщин. Почти равноправие.

Интригу подогрел и Владимир Путин, весьма расплывчато ответив на вопрос о повышении пенсионного возраста на недавней прямой линии. Хотя он и отметил, что продолжает относиться к этой теме «в высшей степени осторожно и аккуратно», но свел ответ к тому, что главные задачи на сегодня — «повышение уровня благосостояния и доходов пенсионеров» и «уменьшение в два раза количества людей, которые живут за чертой бедности». И призвал дождаться предложений правительства на этот счет.

На эмоциях

Действительно, ждать осталось недолго, и, что бы ни предложил по итогу кабмин, это в любом случае станет информационной «бомбой». Ведь известно, каково отношение большинства россиян к обсуждаемой идее.

Возбужденность среди граждан понятна: в идеале выход на пенсию должен затрагивать всех, и большинство хотело бы как можно раньше получить право на заслуженный и оплачиваемый отдых. Что видно из соцопроса ФОМ: только 9 % россиян одобряют идею повышения пенсионного возраста.

Больше всего респонденты, выступающие против (а их аж 82 %), в случае повышения планки опасаются попросту не дожить до того момента, когда можно уже не работать. И бодрые статистические выкладки о том, что возраст дожития в России неуклонно растет, их не убеждают.

Как не убеждают и чисто экономические обоснования необходимости повышения пенсионного возраста: в нынешних демографических условиях, когда в соотношении работающих граждан и пенсионеров первых становится все меньше, а вторых — все больше, Пенсионный фонд начинает испытывать дефицит бюджета. Ведь именно работающие и пополняют фонд своими взносами.

Дело в том, что к данному вопросу большинство людей подходят эмоционально и проблемы, стоящие перед государством, склонны расценивать как некомпетентность исполнителей. Дескать, не зная, где взять средства на покрытие дефицита ПФР, чиновники идут по самому простому пути.

Повысили — а что дальше?

К эмоциям, впрочем, стали прибегать и сторонники повышения планки выхода на пенсию.

— Почему женщину в 55 лет, когда она в расцвете сил, красавица, а некоторые даже рожают, мы отправляем на пенсию? — риторически вопрошает глава Сбербанка Герман Греф.

Да, есть немалое число россиян, которые воспринимают выход на пенсию едва ли не как списывание человека в утиль, и в 55 — 60 лет они не ощущают себя стариками, чувствуют в себе силы и имеют желание продолжать приносить обществу пользу. Но есть ли у них для этого возможности?

Не зря ведь Алексей Гончаров из Курска, тот самый, задавший президенту на прямой линии вопрос о повышении пенсионного возраста, добавил, что «после пятидесяти у нас в стране уже на работу не берут».

Замечание очень здравое. Декретное повышение возрастной планки — это одно, а реальное трудоустройство — совсем другое.

Конечно, по закону человека нельзя выгнать с работы за то, что он кажется работодателю «слишком старым». Но случись на предприятии или в учреждении сокращение должностей, реорганизация или закрытие, возрастные работники отправятся не на пенсию, а на биржу труда. А есть ли там для них достаточное количество вакансий?

Но допустим, что мы сгущаем краски, и представим, что к пожилым работникам все без исключения работодатели относятся с уважением, пониманием и почитанием. Прекрасно, однако экономисты призывают особенно не радоваться: в таком случае чрезвычайно велика опасность возникновения безработицы среди молодежи.

Глупо полагать, что в правительстве об этих и других рисках не знают и их не учитывают. Еще как знают и учитывают. Но принятие сложного решения — это и есть снижение одних рисков за счет повышения других.

Пока точно можно сказать одно: резонанс будет. И нам к этой теме, очевидно, еще придется вернуться.

Андрей Савин

© 35mediaНовости

Нет комментариев. Ваш будет первым!